Интервью издания «Аргументы и факты», 2005

 

Версия для печати


Постучав в дверь писателя, услышал: «Открыто!» Пройдя чуть дальше, увидел звезду мировой фантастики при галстуке и... в пляжных шортах. «Понимаете, — объяснил Рей Брэдбери, — подумал — человек из Москвы приедет, официальное интервью. А потом решил — надо все-таки сделать так, чтобы вы чувствовали себя как дома!»



— Господин Брэдбери, в 1953 году вы написали ваш самый знаменитый роман «451° по Фаренгейту» — про общество будущего, где правит телевидение, а книги запрещены. Одинокие упрямцы прячут их, но спецкоманда находит и сжигает. Сейчас люди все больше смотрят ТВ, все меньше читают... Ждет ли Землю такая же печальная судьба, как в вашем романе?

— У меня нет никаких сомнений, что скоро случится именно так, как я предсказывал. Школы не учат детей ничему, вырастает поколение без мозгов — в голове только телевидение и компьютерные игры: они не умеют читать и писать, а про Достоевского думают, что тот — глава русской мафии. Учителям лень прививать школьнику любовь к чтению, а это очень опасно — можно снова получить костры из книг, как при Гитлере. Знаете, я даже рад, что у меня нет высшего образования.

— Разве это повод, чтобы порадоваться?

— Еще бы! И слава богу, что я не пошел учиться дальше. После школы моими учителями были книги, я месяцами пропадал в библиотеках. Это изменило мою жизнь. Я вообще нетипичная личность, даже машину водить не умею.

— Вы, наверное, единственный американец, который живет без автомобиля.

— Дело в том, что я вырос в очень бедной семье. Первую машину купили, когда мне стукнуло 38 лет, и мы решили, что водить ее будет моя жена. Я автомобили никогда не любил: они отравляют природу, да и нефть из-за них дорожает. Господи, да что там машины! Я в первый раз на самолете-то полетел всего 20 лет назад.

— Не может быть! И это говорит человек, который пишет о полетах на космических кораблях с такими подробностями, как будто сам вел их через Галактику... Признайтесь, вы ведь шутите?

— Нет (смеется). Представляете, как мне должно быть стыдно? В тот день надо было срочно попасть во Флориду, а поезда отменили. Я подумал: сам Бог велит мне воспользоваться самолетом. Ох и страшно же было! Принял на грудь шесть бокалов мартини и полетел. Долетел вообще отлично — правда, не помню как.

— Когда вы создали сборник рассказов «Марсианские хроники», никто в космос еще не летал. Вскоре там оказался Гагарин, потом люди высадились на Луне, а теперь уже исследуют Марс. Что вы чувствуете, видя все это?

— Счастье и разочарование одновременно. Почему человечество ушло с Луны, почему мы не исследовали ее поверхность, не построили там базы? Мы потеряли впустую целые десятилетия. Слава богу, сейчас ситуация поменялась в лучшую сторону. Я не знаю, увижу ли своими глазами, как сотни тысяч людей заселят Луну и Марс, но уверен, что это произойдет в ближайшие 15 лет. Кто-то скажет: ах, как медленно. Я отвечу: потрясающе быстро. То, что вчера было фантастикой, сегодня уже реальность. Знаете, в таких условиях трудно быть фантастом. Не успел ты написать о чем-то — как это уже сбылось.

— В ВАШИХ романах на Земле часто случается атомная война...

— А кто сказал, что ее не может быть через 5 минут? Проблема в следующем — люди стали настолько равнодушны друг к другу, что за секунду до того, как на их дом упадет атомная бомба, они подумают: «Так что, завтра мы за пивом не поедем?»

— Интересно, а существование инопланетян вы допускаете?

— Хотел бы я, чтобы они существовали. Но большинство фотографий и других свидетельств об их появлении оказалось фальшивкой. Здорово было бы повстречаться с инопланетянином, но я сейчас выгляжу не лучшим образом, он меня увидит и помрет с испугу (смеется). А вообще, мы же и есть инопланетяне. Сами высадились на Луне, а скоро будем жить на Марсе, и его жителей назовут марсианами. Разве нет?

— В вашем рассказе «И грянул гром» охотник сто миллионов лет назад случайно наступает на бабочку, а в результате в США приходит к власти президент-фашист. Вы всерьез думаете, что мелкий случай может изменить историю?

— О да! Гитлер тоже мог появиться из-за того, что кто-то наступил на бабочку. А вообще стоит задуматься: если тебе выпадет шанс изменить историю, станешь ли ты это делать? Я написал рассказ от своего имени: я попадаю с помощью машины времени в Лондон, куда 16-летний Гитлер приезжает навестить своего двоюродного брата. И я хочу его убить, потому что это монстр, но... в результате рука не поднимается. Потому что в то время он еще не стал тем самым Гитлером, а был обычным шестнадцатилетним мальчиком.

— Я полагаю, что и в машину времени вы тоже не верите. Я угадал?

— Да. Я много романов написал, где фигурировала машина времени в том или ином качестве, но мне не верится, что она может существовать. Хотя жаль, что ее нет. Для каждого человека это был бы шанс вернуться в прошлое и сказать близким те слова любви, что ты когда-то им недоговорил. Ну и еще, разумеется, я съездил бы в Россию XIX века — пообщаться с Толстым и Достоевским.

— Уже наслышан, что вы их просто обожаете.

— Обожаю? Да я жить без них не могу. Я не был бы без Толстого тем, кто я есть сейчас. Именно от него я научился, что главы романа должны быть короткими, как в «Анне Карениной». Конечно, в моем развитии как писателя огромную роль также сыграли Чехов и Пушкин, хоть они и не писали ничего про космос (смеется).

— ВАМ хотелось бы полететь на Марс как обычному туристу?

— Вы еще спрашиваете! Однако мне уже столько лет, что это несбыточная мечта... Но я хотел бы быть похороненным на Марсе — это абсолютно серьезно. Ведь тогда я стану первым покойником, зарытым в марсианской почве, и мое тщеславие это утешит (смеется). Пусть даже мой прах привезут туда в консервной банке, я не возражаю. Я рад, что миллионы людей представляли себе поверхность Марса, читая мои рассказы. До сих пор дети ко мне подходят за автографами, считая меня крутым космонавтом, хотя я даже не знаю, как строить ракету. Но зато я помог им построить мечту, и это очень важно. Знаете, я просто мечтаю увидеть Россию на Марсе! Должна быть конкуренция в космосе, и чем быстрее развивается соперничество, тем быстрее мы заселим эту планету.

— Я вижу, вон там в шкафу стоит ваша книга, которая издана в СССР...

— Ага. Мне доставляет большое удовольствие, что я так популярен в России. Хотя я ни одного рубля от этого не имел, целых сорок лет мои романы печатали бесплатно. В 1996 году во Флориде я встретил одного русского режиссера, и он мне говорит: «О, мистер Брэдбери, я снял по вашим „Марсианским хроникам“ фильм, вам очень понравится!» Я ему говорю: ну отлично, а где же мои рубли? Он так стушевался... К счастью, не все русские такие. Как-то целая группа моих фанатов из Москвы приехала в Лос-Анджелес с подарками на мой день рождения, я радовался как ребенок! У меня даже совместное фото на память осталось (лезет в фотоальбом)... А вот, смотрите, это другое, с Горбачевым. Десять лет назад он пригласил меня на обед. Скажите мне, Горбачева любят у вас?

— Если честно, то не очень.

— Ну, что поделаешь... Главное, свою роль в истории он уже сыграл.

— У меня в душу закралось ужасное подозрение... Я вижу у вас на столе только пишущую машинку, но не вижу компьютера...

— Скажу вам больше: у меня целых пять пишущих машинок! Да кому нужен этот компьютер? Машинки не поражает вирус, они не зависают в нужный момент. Согласен, забавно: человек, пишущий о напичканных техникой космических мирах, создает их образы на раздолбанной и залитой кофе печатной машинке. Но, увы, это так.

— И последний вопрос как фантасту. Что ожидает Землю в будущем?

— Ха-ха-ха! А я-то думаю, спросите или нет? Да все будет нормально. Мы вышли из океана, вышли из джунглей, вышли из пещер, пережили кучу войн и эпидемий. И устояли. И, что бы там дальше еще ни было, я уверен — мы и это переживем.


Беседовал Георгий Зотов